ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ! По независящим от нас причинам, программа с Айленом Притчиным отменяется, взамен оркестр предлагает не менее интересную программу с участием Сергея Полтавского — альтиста и исполнителя на редком сегодня инструменте, виоль д’амур. Скрипичный концерт Баха (BWV 1041) замене не подлежит;) Приобретенные билеты действительны. Возврат также гарантирован. Мы с Вами!

Н.Новгород, DKRT space, ул.Б.Покровская, 18

Принимаем Пушкинскую карту с удовольствием!
Контент программы сочленил полюса темперации, начало XVIII века и конец XX-го без драматургических пауз и эволюционных модуляций, но диссонансов в её конструкции не предусмотрено, наоборот, не препарируя технологические швы, вы не найдете место, где сойдутся параллели музыкальных сооружений двух далёких друг от друга эпох. И вслед за ведущими современниками словно по лестнице Пенроуза мы сможем подняться на три столетия вниз.
Барокко создало музыку такой какой мы её знаем по сей день, собственно, оно придумало основные законы звукосочетания и ритма, гегемония которых оказалась несокрушима никакими революциями последующих столетий. Формула, запечатленная в известном стихотворении И.Бродского: «в каждой музыке – Бах», действительна покуда «в каждом из нас – Бог». Но не случайно она декларирована именно в то время, когда искусство, претерпевшее гуманистический кризис искало возДуха.
ХХ век, породивший реакционные и радикальные течения, в частности, в музыке, привел к коллапсу, к отторжению «чуждой» современности. Стилистические эксперименты авангардистов, замурованные в стенах академических школ, оставили по себе досадное чувство ущербности слуха. Этот стереотип современной музыки, даже теперь, спустя полвека её трансформаций хранит в «недоступности» множество прекрасных сочинений наших гениальных современников. Конечно, если слушатель не испытал эмоционального контакта с музыкальным произведением, то бесполезно его убеждать в идейности, технической изобретательности, композиционном совершенстве последнего — никакая умозрительная коннотация не заменит природу музыки, её естество, её сущностные свойства, не реанимирует музыкальность, принесенную в жертву ratio.
Подробнее…

Н.Новгород, DKRT space, ул.Б.Покровская, 18 ,

Дзержинск, КЗ им.А.Н.Скрябина, ул.Кирова, 15

Принимаем Пушкинскую карту с удовольствием!
Времена года — не только астрономический цикл, но и астрономическая метафора самой жизни, растиражированная множеством удивительных артефактов, музыкальная часть которых ассоциируется с культовым сочинением венецианского пастора.
Хотя «Времена года» Вивальди и являются заметной вершиной, это всего лишь обозримая часть целого айсберга одноименной музыки различных эпох и жанров: балет Люлли, оратория Гайдна, балет Глазунова, фортепьянный цикл Чайковского и…
Анонсируя не нуждающиеся в рекламе «Времена года» Солисты изменили коннотацию и заключили в монотематические скобки еще одно знаковое сочинение.
Со знаменитыми Концертами Антонио Вивальди в программе оркестра соседствуют Четыре танго Астора Пьяццоллы, более того, нарушают хронологическую последовательность в угоду сезонной, хотя зима в Венеции и зима в Буэнос-Айресе похожи не более чем север и юг.
«Зима» Вивальди – это Ад (L’Inferno), замерзшая лагуна, что для изнеженных венецианцев пострашнее пекла. А «Зима» Пьяццоллы — эпицентр Рая, какой только возможен в портовых трущобах Буэнос-Айреса. «Времена года» Вивальди вторят природной стихии, ноты испещрены авторскими ремарками вроде «в небе завывание и грохот» или «нежно веет Зефир». А «Времена года» Пьяццоллы вторят стихии чувств, безудержной и потаённой страсти.
В отличии от Концертов Вивальди, «Времена года» Пьяццоллы не имеют партии солиста (если только это не партия бандонеона), но в партитуре сочинения у всех музыкантов квартета (или концертмейстеров групп оркестра) есть развернутые сольные эпизоды.
Так же как и Концерты Вивальди, еще при жизни ставшие гордостью венецианского истеблишмента, предметом экспорта и всеобщего восхищения, Танго Пьяццоллы стали символом Аргентины, её новейшей истории и всемирным культурным наследием.
Подробнее…